Студенчество того времени представляло собой уникальный феномен стратографического устройства общества. Студент - это больше, чем учащийся высшего учебного заведения. По сути, это особый социально-антропологический тип, отдельное состояние экзистенции[3]. Именно в этот «период поиска идентичности» человек, незашоренный системными ограничениями, наиболее способен к радикальному действию творческого мироустройства. К революции, проще говоря. Не случайным, поэтому, выглядит провозглашение В.Хлебниковым в революционные дни 1917-го поэтической утопии «государства 22-летних» - интуитивной метафоры возрастного модуса происходивших событий.[4]
Появление революционных настроений в студенческой среде было в значительной мере обусловлено недовольством существующим государственным устройством. Это недовольство побуждало к теоретическим разработкам иных политических доктрин и экономических систем, а запрет их пропаганды - к конспирации, губительной своей закрытостью[5].
В середине Х1Х века знакомство слабо образованных молодых людей с социалистическими учениями при отсутствии открытой научной критики уводило их в миры несбыточных грез, увлекало утопиями, кажущимися им вполне реальными. Многие полагали, что эти учения, воплощенные в жизнь, пренепременно избавят человечество от рабства и нищеты. Радикально настроенная часть русского общества не сомневалась в том, что народы, населяющие Россию, с нетерпением ожидают сигнала, по которому тут же поднимутся против царя и помещиков, чиновников и фабрикантов.
Анализ программных документов «Земли и воли», «Народной воли», других революционных сообществ приводит к мысли о полном непонимании проповедуемых ими идей и фанатической вере в реальность их осуществления. Они не пожелали даже предположить, что народ вовсе не собирается восставать ради непонятных ему призывов.[6] Убедившись на собственном опыте в консерватизме крестьян и провале «подготовления революции в России на коренных социалистических началах», народники обратились к индивидуальному политическому террору. Они увидели в нем «осуществление революции в настоящем» (Н.А.Морозов). Террор есть компенсация, попытка реванша за провал «хождения в народ», за неудачи с кружками самообразования, воскресными школами, мелкими конспиративными обществами.
Революционное студенчество старалось учитывать все «просчеты» своих предшественников и действовать в революционной борьбе «по научному», вместе с тем не отказываясь полностью от террора.
Студенчество в России уже в начале XIX века воспринималось как особая социальная группа. Её формирование в основном происходило по тем же законам, которые определяли статус студенческих сообществ в иных европейских странах. Прежде всего, необходимо подчеркнуть, что в университеты неохотно шла молодежь из знатных дворянских семейств, поскольку служебные перспективы выпускников высших учебных заведений были достаточно ограниченными. Лишь в 1809 году положение дел изменилось. По инициативе известного реформатора эпохи Александра I Михаила Сперанского был введен в действие новый порядок чинопроизводства. На чин коллежского асессора (восьмой класс из двенадцати, составлявших российскую «Табель о рангах») могли претендовать лишь выпускники одного из российских университетов.
Студенчество в России начала ХХ века было новой социальной группой. Надо отдать должное царскому правительству, которое поддерживало стремление к учебе в университетах молодых людей из бедных слоев. Из 4017 студентов столичных университетов 1957 были детьми неимущих родителей, причем 847 из них получали стипендию. Конфликт возник из-за полицейского произвола в отношении студентов Санкт-Петербургского университета[7].
Студенты потребовали неприкосновенности личности, публикации всех касающихся их мер, отмены старого закона о призыве в армию исключенных студентов. Ректор университета ответил им, что «райские птицы, которым дается все, что они просят, не обитают в нашем климате». Студенты устроили демонстрацию у Казанского собора. Их поддержало своей забастовкой 25000 рабочих. Университет был закрыт, все студенты исключены. После открытия университета принято было обратно 2181 студентов из 2425. Николай II осудил студентов, заявив, что они должны учиться, а не демонстрировать.
Брожение не утихло, и 14 января 1901 г. бывший студент Карпович П. В. убил министра просвещения проф. Боголепова Н. П. Это бессмысленное преступление, восторженно встреченное студенчеством, открыло серию террористических актов со стороны революционных сил и ответных действий правительства. После этих событий значительная часть студенчества стала в оппозицию царскому режиму.
Экономический упадок Голландии
С середины XVII в. Голландия начала испытывать растущую конкуренцию со стороны Англии, терпела поражения и отошла на второй план, хотя сохранила свои колонии в Индонезии и роль ростовщика Европы. Начался экономический упадок Голландии, для которого были свои причины. Прежде всего это слабая промышленная база торговли — страна не обладал ...
Участие Г.К. Жукова в разработке и проведении важнейших операций второго периода
Великой Отечественной войны
Еще гремели орудия в Сталинграде, когда Г.К. Жуков получил новый приказ выехать в Ленинград, координировать усилия по прорыву блокады.
Он уже принимал участие в подготовке этой операции. Операция получила название «Искра».
12 января 1943 года Ленинградский и Волховский фронты ударили по обеим сторонам вражеского коридора, упиравшегося ...
Задачи, стоявшие перед властью Ивана Грозного, и
причины перехода к опричному террору
Итак, проведенные Иваном Грозным реформы в первый период его царствования, имели широкий круг, отчетливую правовую направленность и должны были обновить все стороны московской жизни. Союз царя с митрополитом, тесное взаимодействие с церковными иерархами, тенденция к единению всех групп «благородных сословий», кристаллизация сословной ст ...