Завершая обзор историографии реформ Екатерины Великой, необходимо подчеркнуть постоянно растущий интерес к этой проблематике, о чем свидетельствует, в частности, факт проведения в 1996 г. в ряде стран мира нескольких крупных международных конференций, приуроченных к 200-летию со дня смерти императрицы. По существу на них выявилось современное состояние историографии, ее важнейшие проблемы. Весьма показательно, на взгляд, что тематика, связанная с преобразованиями Екатерины, как свидетельствуют материалы конференций, пока гораздо больше интересует зарубежных, чем отечественных исследователей.
Реформы Екатерины II имеют ряд важных свойств, отличающих их от преобразований ее предшественников. Важным для определения места преобразований Екатерины в общем процессе реформирования Российского государства и общества в XVIII в. является вопрос об их соотношении с петровскими реформами. В целом направление реформ Екатерины, несомненно, было тем же, что и Петра I. Общей была и цель - создание регулярного государства, однако его модель под влиянием идей Просвещения несколько трансформировалась, иначе виделись принципы организации власти и управления, взаимоотношения между властью и обществом, его социальная организация. Соответственно менялись и цели реформ, их приоритеты.
Исследователи не раз отмечали, что Екатерина II, в отличие от своих предшественниц и предшественников на троне после Петра I, взошла на него, имея сложившуюся политическую программу, как можно судить по единственной сохранившейся черновой записке, не выходящую за пределы традиционно декларируемых в «век Просвещения» общих установок и не содержащую каких-либо конкретных разработок. Но в связи с этим И. де Мадариага, например, писала: «Не имея программы она (Екатерина), конечно, имела представление об общем направлении, в котором она хотела вести правительство и общество»[10].
В итоге можно сказать, что как бы ни оценивалась деятельность Екатерины II, её историческая значимость неоспорима. До сих пор остается множество нерешенных спорных вопросов по преобразованиям Екатерины II. Но, безусловно, они будут изучаться дальше. В этом есть большая необходимость, как исследователей-историков, так и общественности в целом.
[1] Борзаковский, П.К. Императрица Екатерина Вторая Великая [Текст]/П.К. Борзаковский/ М., Панорама, 1991. – С.7.
[2] Каменский, А.Б. От Петра I до Павла I [Текст]/А.Б. Каменский/М., РГТУ, 1999. – С.315.
[3] Каменский, А.Б. От Петра I до Павла I [Текст]/А.Б. Каменский/М., РГТУ, 1999. – С.316-317.
[4] И. де Мадариага. Россия в эпоху Екатерины Великой [Текст]/Исабель де Мадариага/ М., Новое литературное обозрение, 2002. – С.38.
[5] Каменский, А.Б. От Петра I до Павла I [Текст]/А.Б. Каменский/М., РГТУ, 1999. – С.318-321.
[6] Омельченко, О.А. Законная монархия Екатерины II [Текст]/О.А. Омельченко/М., Юрист, 1993. – С. 72.
[7] Каменский, А. Б. Под сению Екатерины…: Вторая половина XVIII века. [Текст]/А.Б. Каменский/СПб., Лениздад, 1992. – С.67.
[8] Каменский, А. Б. Жизнь и судьба императрицы Екатерины Великой [А.Б. Каменский]/А.Б. Каменский/М., Знание, 1997. – С. 102.
[9] Каменский, А.Б. От Петра I до Павла I [Текст]/А.Б. Каменский/М., РГТУ, 1999. – С.324-340.
[10] И. де Мадариага. Россия в эпоху Екатерины Великой [Текст]/Исабель де Мадариага/ М., Новое литературное обозрение, 2002. – С.38.
Памятники археологических культур скифо-сибирского мира
В современной археологической литературе существует ряд концепций, авторитет которых освящен временем и многократным повторением основных тезисов в публикациях. Их положение настолько прочно, что не практически не приходится встречать критического разбора этих концепций. Критика допускается лишь для уточнения каких-то отдельных аспектов ...
Разум и наука.
Огромную роль в строительстве нового общества, в достижении лучшей жизни Калиновский отводил науке, указывая, что она позволяет людям «…быть в почете, жить в достатках».
Руководящую роль разуму Калиновский отдавал в политике:
«Чем дольше будет продолжаться борьба, тем большие потери будут с обеих сторон. Выбором средств должен управля ...
Поражение советского движения
Уже четвертый карательный поход летом 1932 г., направленный прежде всего против советских районов на стыке провинций Хубэй—Хэнань—Аньхуэй и Хубэй—Хунань (район оз. Хунху), вынудил Красную армию (4-й и 2-й фронты) покинуть эти важные советские районы и перебазироваться в пограничные районы Сычуань—Шэньси и Хунань—Хубэй—Сычуань—Гуйчжоу, х ...