Состоявшийся 4 ноября 1989 года в центре Берлина на Александрплатц митинг оказался самым крупным за всю историю ГДР, собрав по разным оценкам от 400 тыс. до полумиллиона человек. Он же символизировал собой высшую точку идейного романтизма, освобожденного от оков мертвой доктрины. Раздавались голоса в защиту реформ по советскому образцу, выступавшие требовали и обновления социализма, и нового призыва в СЕПГ (Социалистическая единая партия Германии). Немало было и флагов ФРГ, символизировавших признание успеха западной модели общественного развития. Слово было дано всем «униженным и оскорбленным». Представителю Политбюро ЦК СЕПГ Гюнтеру Шабовскому собравшиеся так и не дали договорить. Главное, что объединяло всех участников митинга 4 ноября в Берлине и аналогичных собраний, проходивших во всей стране, - нежелание оставаться заключенными в собственной стране, отгороженной от Западной Германии и Западного Берлина непреодолимой границей.
Спустя пять дней тот же Шабовский на пресс-конференции, транслировавшейся в прямом эфире, зачитал проект закона о свободном выезде граждан ГДР за пределы страны. На вопрос журналистов о том, когда закон вступит в силу, он ответил: «немедленно». Это моментально накалило страсти, толпы жителей Восточного Берлина стали собираться у пограничных переходов, боясь пропустить долгожданный момент открытия границы. Телевидение ФРГ всю ночь вело прямой репортаж от берлинской стены, мобилизую население на активные действия. Не выдержав напора толпы, пограничники ГДР около полуночи открыли шлагбаумы. С падением берлинской стены история революционных завоеваний пополнилась еще одним символом, не уступавшим по своему значению взятию Бастилии или штурму Зимнего дворца. Улицы западной части города превратились в спонтанный карнавал, слезы смешивались с шампанским, люди с общей судьбой, но разными паспортами смотрели друг на друга и не находили слов, чтобы выразить свои чувства. За одну ночь и следующий день, 10 ноября, в Западный Берлин «сходило» около миллиона жителей ГДР.[4]
Очень интересно мнение германского ученого Оскара Ференбаха относительно истинных предпосылок объединения двух Германий: «Сейчас, когда пытаются разгадать тайну «чуда объединения», редко кто вспоминает о концепции Аденауэра, суть которой заключалась в развитии страны по «интернациональному» пути в тесном сотрудничестве с Западом. Долгое время считалось, что она вредит делу объединения и таит в себе, в силу своей конфликтности большую опасность. Однако, жизнь показала, насколько мудрым и продуманным был данный подход.
Об этом необходимо помнить, прежде всего, потому, что в большинстве статей и книг, посвященных объединению, замалчиваются его истинные предпосылки либо по причине близорукости, либо из-за пристрастного отношения. Многие не могут допустить, что неуступчивость, упорство и бескомпромиссность способны стать ключом к успеху. Именно это и имело место в случае с первым бундесканцлером: безоговорочная интеграция с Западом, вхождение в атлантическую систему безопасности, абсолютная верность союзническим обязательствам, никаких уступок Кремлю, достижение материального превосходства свободного общества, экономическое истощение СССР в ходе конкурентной борьбы – все это по прогнозам Аденауэра в долгосрочной перспективе должно было ослабить Советы и вынудить их отказаться от претензий на Восточную Германию.
В те времена такая его позиция подвергалась уничтожающей критике, но сегодня совершенно очевидно, что она была провидческой. Это дает все основания называть Конрада Аденауэра прародителем объединения. Только его и никого другого. Такую оценку разделяют во всех политических лагерях, в том числе и его прежние противники».[5]
Участие Г.К. Жукова в разработке и проведении важнейших операций второго периода
Великой Отечественной войны
Еще гремели орудия в Сталинграде, когда Г.К. Жуков получил новый приказ выехать в Ленинград, координировать усилия по прорыву блокады.
Он уже принимал участие в подготовке этой операции. Операция получила название «Искра».
12 января 1943 года Ленинградский и Волховский фронты ударили по обеим сторонам вражеского коридора, упиравшегося ...
Революции
Февральский переворот ошеломил Деникина, человека либеральных взглядов, сторонника конституционной монархии и радикальных общественных реформ: «Не были подготовлены вовсе ни к такой неожиданно скорой развязке, ни к тем формам, которые приняла революция».[6]
Февраль 1917 года застал Деникина в Румынии, где он командовал восьмым армейски ...
Конец эпохи Ельцина
Многим будущим поколениям граждан России еще только предстоит познакомиться и осознать сложную и драматичную историю нашей страны в конце ХХ века. Обстоятельные учебники по этой теме будут написаны еще очень нескоро, хотя уже сейчас появляются учебники истории для средней школы, где приводится та или иная интерпретация событий уходящего ...